Mew Mew Neko
chu-chu-mew.diary.ru/p208777014.htm
chu-chu-mew.diary.ru/p209097183.htm
chu-chu-mew.diary.ru/p209656876.htm

— Ты не мой сын! Чудовище! Верни мне Феликса!

— Мама…

Тёмноволосый мальчик медленно потянулся к матери, глядя на неё своими слезящимися серебряными глазами, но женщина ударила его по руке, крича: «Не прикасайся!». Он был слишком неосторожен и раскрыл недавние изменения в себе.

Мальчик помогал готовить, но нож соскользнул и отрезал ему указательный палец. Испугавшись, мать подбежала к сыну, но вид прирастающего обратно пальца шокировал её ещё больше. И тогда в голове у женщины что-то щёлкнуло. Лишь одно слово било по вискам: «монстр».

Вжавшись в стену, мальчик закрыл руками лицо, защищаясь от летящей в него посуды и столовых предметов. Обезумевшая родительница пыталась защититься от собственного ребёнка, который не сделал ей ничего плохого. Просто стал отличаться от обычных людей.

«Ты всё так и оставишь? — прозвучал прекрасный, располагающий к себе голос в голове мальчика. — Хочешь, я дам тебе силу? Тогда ты сможешь остановить это».

— Не вмешивайся, — сквозь стиснутые зубы тихо выдавил ребёнок.

Мать продолжала кричать и требовать возвращения своего сына. Осколки ранили кожу, но слова самого близкого на свете человека причиняли куда больше страданий. Услышать от собственной матери, что ты монстр, — было безумно больно.

На глазах четырнадцатилетнего мальчика навернулись слезы. Если бы мама ребёнка это увидела, то очень удивилась бы: её сын редко плакал. Однако женщина была объята безумием, и вот на мальчика уже сыплются проклятья.

«Как долго ты будешь терпеть? Может, хватит? Я помогу тебе. Давай остановим её», — нашёптывал голос.

Мальчик не знал, как именно создание внутри собирается помочь, но чувствовал, что не стоит поддаваться ему. Он крикнул:

— Заткнись!

— Не смей так разговаривать со мной! — тут же раздался женский голос. Мальчик сказал слова вслух, обращаясь к голосу внутри, однако родительница восприняла это на свой счёт и кинула в сына ещё одну тарелку.

Как раз в тот момент, привлеченный шумом отец вошел на кухню. Осколки полоснули мальчика по рукам, оставляя порезы, а после чёрный дым окутал ранки и вылечил их. Мужчина, увидевший всё это, не поверил своим глазам и в немом удивлении застыл на пороге.

«Упс, вот и перед папашой спалились», — заинтересованный процессом, прокомментировал голос.

Услышав о появлении отца, мальчик убрал руки от лица и повернул голову в бок, встречаясь взглядом с мужчиной. Тот отпрянул назад, а потом начал медленно подходить к супруге. Мальчик не знал, что сейчас его глаза сияют ярко-красным, вместо привычного всем серебряного цвета. Именно это и напугало мужчину куда больше быстрой регенерации.

— Уходи, — прошептали его бледные губы, а руки прижали к себе немного успокоившуюся жену.

До ребёнка не сразу дошёл смысл слов, но когда осознание страшного веления отца пришло, мальчик прикрыл глаза отросшей чёлкой, попятился к двери, а потом резко развернулся и пулей вылетел из кухни. Об его уходе родителей оповестил звук хлопнувшей входной двери.


Удивительно, но Саша чего-то не понимает. Подобное бывает так редко, что я даже забыл, когда Дэрикот в последний раз не мог вникнуть в происходящее. Главный информационный дилер всего Готтлосграда — Александр Дэрикот, знает всё и обо всех, о ком когда-нибудь слышал или кого хоть раз видел. И при всём этом Кудрявому требовались мои разъяснения.

Это напомнило мне школьные годы. Ещё с тех времён я обладал чем-то вроде феноменальной памяти. Если я слушал и вникал, то мне достаточно было услышать или увидеть что-то один раз. Без повторений и тренировок, я запоминал информацию на всю оставшуюся жизнь. Вот только слушал я не всегда, а вникал ещё реже. Именно поэтому, хоть и был потенциальным отличником, но вышел твёрдым хорошистом: какие-то задачи решал за раз, какие-то с натяжкой, а что-то казалось мне беспросветной тьмой. Учебники я открывал крайне редко, по репетиторам не ходил и дополнительную литературу по школьным предметам не читал.

И вот представьте: вы — ленивый раздолбай, серьёзно относящийся только, пожалуй, к изобразительному искусству, ходите в школу лишь за тем, чтобы повалять дурака с такими же не особо заботящимися о своих оценках людьми. Но в один прекрасный день к вам подходит отличник, самый настоящий отличник, а не те ученики, что умудрились на все пятёрки закончить пятый класс и сделать себе репутацию, которая теперь работает на них, но на самом деле эти люди знают не больше вас, а может, даже и меньше. Так вот, подходит к вам такой интеллектуал, засыпающий с задачником по физике, и… Просит списать!

Такие случаи я могу сосчитать на пальцах одной руки и в точности припомнить все свои чувства на тот момент. Сначала подобная просьба ввергает в шок, потом, всё ещё не веря в происходящее, рука протягивает тетрадь отличнику. Наблюдая за тем, как он переписывает своим ровным почерком все записи, ты чувствуешь тепло, разливающееся по телу, за спиной словно вырастают крылья и, самое главное, самооценка с огромной скоростью стремится к максимальной отметке. Люди, да подобное чувство лучше любви!

Спокойно ведя машину и разъясняя Саше что да как, я вновь попробовал на вкус всё то, что испытывал в школе. Правда, приходилось сдерживать рвущееся наружу ликование, дабы не вывести напарника из себя. Не очень-то хочется слышать его ворчливый тон всю оставшуюся дорогу.

— Аида была чем-то вроде мелкосортного демона, но это не значит, что женщина пришла прямиком из Ада. Есть много случаев, когда душа опускается и чернеет до такой степени, что человек превращается в тех, кого по своей религии опасается и ненавидит. Хозяйка отеля наглядный тому пример, а толчком к превращению стало убийство мальчишки. Поддавшись соблазну, она лишила жизни всех, кто пребывал на то время в отеле. Исключением стали внучка и жена того старика. Добравшись до ближайшего полицейского участка, они, наверняка, сообщили об этом инциденте…

— Полиция приехала по адресу, но ничего не обнаружила, потому что Аида скрыла своё присутствие и здание в целом, а когда мы проезжали мимо, в ней вновь проснулось желание убивать. Ложным именем женщина представилась, чтобы на всякий случай отвести подозрения. Всё произошло слишком неожиданно, именно поэтому псевдо-имя так схоже с настоящим, — перебил меня быстро соображающий Дэрикот. — Вот только найти спрятанное духами и даже слабыми демонами нелегко, — Кудрявый свёл брови, размышляя над чем-то и поглаживая аккуратный подбородок. — Для этого нужно что-то, что источает астральную энергию.

— А, если ты об этом, то тут всё просто. Статуэтка, — коротко ответил я.

— Статуэтка?

— Я слышал, что раньше существовала религия, не помню, как она называлась, да это и не суть. Её основатели верили, что семь смертных грехов обладают некой материей, и, чтобы уберечь себя от них, народ начал создавать обереги. Что-то случилось с самой религией и с её последователями, в результате чего те успели создать только два оберега: от жадности и от гнева. Волчонок был одним из этих оберегов, но со временем, возможно, из-за старости, вместо того, чтобы отгонять астральную энергию, он начал, наоборот, источать её.

— И это и послужило катализатором.

Кудрявый выяснил всё, что ему было нужно, а значит, разговор закончен. Особенно это стало понятно, когда Дэрикот отвернулся от меня к окну, подперев рукой подбородок. Образовавшаяся тишина могла бы показаться слишком давящей и жутко неуютной, но не для меня и Саши. К подобному ни мне, ни ему даже не пришлось привыкать. Для нас это норма. Так было всегда. С самого начала знакомства.

Странно, я люблю поговорить, всегда язык так и чешется, но с этим до жути эгоистичным человеком молчать было не в тягость. Почему так? Интересно, а Саша когда-нибудь задумывался о подобном или он вообще предпочитает не вспоминать всё, что со мной связано, считая, что Феликс Громов — жалкий человечишка, не достойный его внимания?

— Я думаю, это был гнев, — неожиданно промолвил напарник, продолжая смотреть в окно.

— О чём это ты? — недоумевая, спросил я. С чего это Саша решил нарушить молчание?

— Статуэтка. Она оберегала от гнева.

Ох, Дэрикот, позволь поинтересоваться: ты со всеми так странно разговариваешь? Сказать что-то ни с того ни с сего. Обычно люди так не делают или… Кудрявый просто решил поделиться своими мимолётными мыслями? Если подумать, такое уже не в первый раз. Бывает, он говорит мне то, о чём думает, и неважно, связано ли это с темой разговора и к месту ли вообще. Это так… Доверчиво. Настолько доверчиво, что аж боязливые мурашки по коже. Дэрикот кому-то доверяет, и не просто кому-то, а своему ненавистному напарнику. Подобное похлеще всех чудес света вместе взятых будет.

Мы уже подъезжали к основной трассе, солнце почти взошло, а это значило ещё как минимум полдня пути. Я не спал, немного вымотался после игры в догонялки со злым духом, и у меня порвана одежда. Все прелести жизни в одном флаконе.

Отлично, вот и нужный поворот. Готовый повернуть руль влево, я заметил, что чего-то не хватает. Резко уставившись в боковое зеркало, глаза начали предельно внимательно разглядывать только что пройденный путь.

— Ты чего? — заметил моё странное поведение Сашка.

— Я точно помню, что где-то здесь был указатель.

— Теперь, когда ты сказал об этом, я тоже обратил внимание на его отсутствие. Проделки Аиды?

— Нет. Мне кажется тут что-то другое.

***



Интересно, все ли влиятельные криминальные личности шифруются под офисных директоров? Сколько не доставляю заказы, в восьмидесяти процентах случаев пунктом назначения является высотка, окна которой, словно зеркала, отражают всё вокруг, не позволяя разглядеть происходящее внутри. И такие здания есть в каждом городе. Совпадение? Может быть, да, а может, и нет, в любом случае, мне лень об этом думать.

Переведя взгляд с высотки на кафешку через дорогу, я осознал, насколько же сильно хочу есть. Однако выйти из машины мне не вариант: моё тело наполовину оголено. Опять… Рубашка покоится с миром в одном из мусорных баков, в который безжалостно была отправлена Сашей — виновником моей обнажёнки. Сам же засранец был на одном из этажей офисного здания и, наверняка, уже вручив статуэтку, следил за тем, чтобы нужная сумма денег была переведена на счёт Шефа. Оттуда часть купюр уже попадёт и в наши карманы.

И всё же, как же жрать охота… Я же не замёрзну, если просто добегу до кафе? Да, замёрзнуть не замёрзну, вот только из заведения меня быстренько выкинут обратно на улицу.

— Рык, что же мне делать? — отчаянно произнёс я, растекаясь по сидению.

Понятное дело, что ответа от машинки ждать не следовало, он же транспорт… Собака… Не суть, еду он мне в любом случае купить не смог бы, а что-то произнести — тем более. Однако, уже почти погрязнув в пучинах своего отчаянья и голода, слух уловил щелчок слева. Повернув голову, я заметил, что пассажирское сиденье полностью опущено назад, а на спинке покоится пиджак Саши.

— Спасибо, Рык! — натягивая на себя вещь, сердечно поблагодарил я лучшего друга человека — машинопса.

Пиджак оказался немного коротковат, как-никак я на пару сантиметров выше Кудрявого, и не очень-то приятно было носить его на голое тело, но лучше уж так, чем вообще по пояс обнажённым.

Бодро шествуя к кафе, ангелы в моей душе пели, по телу разливалась лёгкость, а сознание считало, что мне и море по колено. О да, в одежде я всемогущ. Наверняка, придётся многое выслушать от Кудрявого по поводу без спроса взятых чужих вещей, но это будет потом, когда я поем.

— Зачем нужен закон, если вокруг всё равно царит взяточничество и любой, кто имеет деньги, может преступить его?

Где-то неподалёку послышался голос. Повернув голову к его источнику, я увидел двух женщин, идущих куда-то прогулочным шагом. Поддавшись мимолётному любопытству, я навострил уши, стараясь не упустить ни слова из разговора женщин. Подслушивать нехорошо, но только в том случае, если тебя заметят.

— Ты о недавнем случае в суде? — решила уточнить у подруги женщина.

— Да, — согласно закивала ей собеседница. — Против обвиняемого были и улики, и свидетели, но судья оправдал его. И это уже не первый случай! За последний год столько негодяев осталось безнаказанными, а судью это вовсе не колышет, ему лишь бы деньжат побольше.

Понятно. Очередной случай, когда приговор выносят по статусу обвиняемого. А я уж думал, случилось что-то действительно необычное. Похоже, простых граждан до сих пор легко удивить беззаконием, а точнее умением некоторых лавировать между статьями и порой переиначивать их, оборачивая себе во благо.

Чем больше сокращалось расстояние между мной и кафе, тем сильнее поднимался бунт в животе. Денег было не так много, но их должно хватить хотя бы на жалкий тост. Сейчас мой желудок будет и этому рад.

— Поздравляем! Вы наш сотый посетитель в сером! Поэтому вам предоставляется купон на бесплатный обед! — бодро оповестила меня столь приятной новостью вмиг подлетевшая официантка.

Это что же, я теперь на халяву наесться смогу? Яху, вот так подфартило!

Мало того, что одежа Саши подошла под мои глаза, так ещё и обеспечила бесплатную трапезу. Получается, сейчас я поем за счёт Кудрявого? О да, день определённо удался.

Злорадно хихикнув, я произнёс свой заказ.

•••



Двери офисного здания автоматически раздвинулись, и миру предстал мой прекрасный лик с медовыми глазами и темно-каштановыми слегка завивающимися волосами (о последнем я старался не думать). Довольный тем, что работа, наконец, закончилась, я уже было собирался направиться к машине, но глаза обнаружили светло-серую вещь в окнах кафе напротив.

Мой пиджак на моём ненавистном напарнике. Убью заразу.

Преодолев улицу быстрым шагом и зайдя в кафе, я, не обращая внимания на тут же подлетевшую официантку, ринулся к столику, занятым Феликсом. Тот, довольно жмурясь, клал в рот один кусок жареного мяса за другим, словно у него чёрная дыра вместо желудка. Кстати, этим самым блюдом был забит целый стол. Откуда у Громова деньги?

— Ты опять пожираешь мясные запасы земли, — прокомментировал я происходящее, впритык подойдя к столу.

— Парень, который не любит мясо? — проглотив прожёванный кусок, изрёк Феликс, при этом продолжая довольно жмуриться и улыбаться. — Боже, ты такой ущербный, — напарник потянулся за новой порцией, так и не посмотрев на меня.

Проигнорировав это ложное замечание, ведь мясо мне нравится, я сел напротив Громова, упёрся локтями в стол, сцепил пальцы в замок и положил на них подбородок. Растянув губы в улыбке, которую так не любит Феликс, я ангельским голосом произнёс:

— Если хоть кусочек упадёт на мой пиджак, я буду вытирать его твоими потрохами.

Лицо дурака напротив меня тут же поменялось. Держа зубчики вилки между губ, он на миг перестал жевать, внимательно уставился на меня, что-то обдумывая, а затем вновь улыбнулся.

— Не переживай. Этот пиджачок обеспечил мне бесплатный обед, так что я буду с ним бережен. А ты, вместо того чтобы ворчать, лучше на, попробуй.

Всё произошло в мгновения ока, я даже осмыслить ничего не успел. Создалось впечатление, будто сознание на несколько секунд впало в кому.

Быстро подцепив уже отрезанный кусочек своей вилкой, Феликс буквально впихнул его в мой рот. Я прямо чувствовал, как все бактерии имбецила, находившиеся на столовом приборе, проникали в тело и расползались кто куда, желая захватить мой организм. Это было хуже смерти, даже не знаю, как мне удалось, не то что подавить рвотный рефлекс — выжить!

Наверно, выглядел я крайне ужасно, иначе почему Громов стал ещё довольней, чем был до этого?

— Ублюдок… — слова вышли хриплыми.

— Саш, ты выглядишь так, словно я тебя отравил. Кончай уже.

— Ты не настолько сексуален, как тебе хочется верить, — собрав себя в кучу и сев ровно, сказал я. — В курсе, что если в кафе ешь за счёт заведения, то должен отправить в желудок всё, что заказал, иначе заплатишь в два дорого?

— Да, меня предупредили, — Феликс съел последний кусочек, запил его остатками сока, кажется, апельсинового — он любит этот вкус — и резко поднялся с места. — Я закончил. Можем идти.

Последняя фраза звучала немного вопросительно, и серебряные глаза выглядели также. Словно Громов хотел уточнить, не нужно ли мне чего-то в этом кафе.

— Пошли, — я поднялся с мягкого сиденья и сунул руки в карманы. — И верни мой пиджак.

— Нет, — Феликс шёл чуть впереди, но мне был прекрасно слышен его голос даже среди разговоров посетителей.

— Он тебе не идёт.

— Не говори глупости, — опроверг напарник, уже выйдя из заведения. — Я божественен, мне всё идёт, — с этими словами он повернулся ко мне и дёрнул пиджак за серые прямоугольные лацканы.

— Если такой, как ты, божественен, — я демонстративно оглядел напарника с ног до головы, — тогда я ещё выше богов.

Нет, я бы не сказал, что Феликс урод: высокий, в меру накаченный, с тёмными волосами интересного синего отлива, особенно заметного на солнце, с цветом глаз, не присущем человеку, ведь они не серые, а именно серебряные. Не стоит путать эти цвета. Серый — это просто чёрный с примесью белил, и оттенок зависит лишь от того, какое количество белого в нём находится. Серебро же — это металл, драгоценный металл. Его яркий, ни с чём несравнимый цвет западает в душу навсегда. Люблю серебро. Как же так иронично вышло, что у человека, которого я терплю лишь потому, что работаю вместе с ним, глаза цвета этого металла.

Да, Феликс симпатичный, но когда это я делал кому-то комплименты?

Домой мы решили возвращаться иной дорогой. Не то чтобы я или Феликс страдали повышенной чувствительностью, и произошедшее на задании изрядно потрепало нам нервы, просто хотелось тишины и спокойствия, а не лезущих в голову неприятных воспоминаний.

Пиджак с напарника снять так и не удалось. Громов кричал о том, что ему будет жутко холодно и он умрёт, а раз кончина случится по моей вине, то душа его будет преследовать меня вечно. О том, что от подобной фигни этот придурок не погибнет, а правильней будет сказать, что он вообще ни от чего не умрёт, напарник решил умолчать. Но проблема состояла не в криках и не в ужасном для меня будущем, а в намертво вцепившихся в одежду пальцах. Начни я насильно снимать пиджак, ткань на нём бы просто порвалась.

Ладно, пусть будет так, и Феликс продолжит вести машину в моей одежде. Пиджак потом я просто постираю. Раза три.

За окном мелькали деревья, дома поселков, мимо которых мы периодически проезжали, но я, сам не знаю почему, смотрел не на разворачивающийся пейзаж за окном, как делаю это обычно, а на короткие волосы Феликса, с как всегда приподнятой растрепанной чёлкой, открывающей лоб.

— Эй… — окликнул я напарника, разглядывая его шевелюру.

— Я тебе не «эй», у меня имя есть. Феликс.

— Не важно, — отмахнулся я, краем глаза заметив, как аккуратные, но при этом сильные мужские руки Громова сжали руль. — У тебя же раньше был не такой цвет волос.

— Да, когда-то он был без всякой примеси. Чисто чёрным, как оперение ворона.

— Бог ты мой, как мы красиво заговорили. Должно быть, когда люди надевают одежду умного человека, их интеллект тоже повышается.

— Хватит себя нахваливать, тщеславная морда. К чему ты завёл этот разговор о моих волосах? — Феликс вопросительно посмотрел на меня, на время оторвавшись от дороги.

— Просто никак не могу припомнить того момента, когда ты сменил имидж, и уж тем более не знаю, как это произошло. А я не люблю оставаться в неведении, даже если это касается такой мелочи.

— Любопытной варваре на базаре нос оторвали.

— Да я сам кому хочешь части тела поотрываю. А теперь насчёт твоих волос. Ты красишься?

Феликс после этих слов как-то скис, а губы его зашевелились в шёпоте.

— Что? — переспросил я, так и не расслышав слов.

— Не добровольно!

От такого крика я вжался в кресло, пытаясь слиться с ним, а Феликс остановил машину, уронил голову на руль и захныкал, спрятав лицо в локте.

— Эм… Феликс, ты чё ноешь? Успокойся.

— Легко тебе говорить… — всхлип. — А я свой настоящий цвет волос уже давно не видел, только по фоткам и помню. А-а! Как же я несчастен!

Вид парня, возраст которого — двадцать один год, оплакивающего свои волосы, немного удивил меня, но уже привыкший к ненормальному поведению Громова, я быстро взял себя в руки. Этот имбецил мог в ужасающей здравый разум ситуации держать эмоции в себе, но при этом ныть над «Хатико — самый верный пёс».

— Как же так получилось, что ты до сих пор красишься? — отлепившись от кресла, начал допытываться я у Громова.

Тот оторвался от руля, несколько секунд разглядывал оставленные на нём свои сопли, сел окончательно, громко шмыгнул носом и вытер слёзы. Я же приготовился внимательно слушать, наверняка, душераздирающую историю о смене цвета волос.

— Имел я несчастье заснуть на полу у Алисы в гостях. Паскаль тогда нужно было покрасить парик для школьного спектакля в тёмно-синий цвет, но так как у блондинки шило в жопе, она не могла устоять на месте ни минуты и ходила по дому туда-сюда, мешая краску. Специфический запах красящего средства распространился повсюду, но это не помешало мне задремать на мягком ковре в комнате малявки. Было так хорошо и спокойно, пока тридцать килограмм не упали мне на спину, а что-то липкое не полилось по голове. Как оказалось, Алиса споткнулась об меня, грохнулась на меня же, тюбик краски выпал из её рук, и часть жидкости попала на волосы. Осознав произошедшее, я бегом помчался в ванную, но было поздно. Краска, как и обещали продавцы, хрен смоешь. Даже три раза вымыв голову, волосы продолжали иметь синеватый отлив. Алиса, увидев это, обрадовалась, сказав, что раз парик такого же цвета, как и мои волосы, то на нём краска тоже неплохо смотреться будет.

— Но ведь волосы отрастают, через некоторое время можно подстричься и вернуть прежний цвет.

— Наивный, — протянул Феликс, покачав головой. — Думаешь, Алиса позволит этому случится? Нет. Мой новый имидж ей пришёлся по вкусу, и теперь она лично красит меня.

— Если не нравится, не позволяй ей это делать, — предложил я гениальное решение проблемы.

— Шмакадявка красит меня ночью, пока я сплю!

— Э…

— Пробирается ко мне в дом и бесчинствует!

— В твой дом так легко попасть?

— Даже бронированная дверь не остановит молодую изобретательницу, охваченную безумной идеей.

— Но ведь ты чувствуешь, когда тебя красят.

— Я крепко сплю, меня так просто не разбудить. К тому же, шмакодявке не жалко никаких денег, и она покупает недавно разработанную краску для стилистов, которая совершенно не пахнет и не нуждается в смывании.

Повисла тягучая пауза, нарушаемая лишь пением птичек, находящихся в лесу по обе стороны от трассы.

— Да ты просто шаблон для построения идиота, — подал я голос.

— Что?! Как вся эта ситуация связана с твоими словами?

— Ещё не дошло? Если тебе что-то не нравится, то мог бы найти выход из этой ситуации!

— Ты говоришь так, будто я тебе жалуюсь и в качестве жилетки использую! Ты просил рассказать, я рассказал. Какого хрена начинаешь свои комментарии вставлять?

— Феликс, что за вид? Такое чувство, что ещё чуть-чуть и ты мне в глотку вцепишься.

— А может, и вцеплюсь.

Руки Громова уже тянутся к моей шее, я же достаю из кармана брюк свой нож. Это было бы началом новой драки на пустом месте, но не успели мы и пары ссадин друг другу оставить, как нас отвлекли. Звук удара об асфальт и поднявшееся облако пыли испортили всю идиллию. Это зрелище показалось мне очень знакомым.

— Что-то упало, — констатировал я факт.

— Божья кара? — тут же сделал предположение Феликс.

— Ты что, дебил?

Так и не отцепившись друг от друга, мы продолжили сидеть в машине и просто ждать, что же случится дальше.

Пыль улеглась, видимость восстановилась, и взору предстал молодой парень не старше семнадцати-восемнадцати.

— Он не выглядит настолько тяжёлым, чтобы проломить своим весом асфальт, — сказал Громов, убирая свои руки от моей шеи.

Я согласно кивнул. Паренёк не выглядел хилым, но, даже не смотря на это, не может у какого-то пацана, да у любого человека, быть столь огромная сила. Если конечно речь не идёт о выходцах Готтлосграда. В этом грешном городе могут водиться и не такие создания. Феликс живое тому доказательство.

Я и Громов рассуждали про себя о незнакомце, а тот в свою очередь внимательно глядел на нас ярко-голубыми глазами. Внешне пацан был хладнокровен и, казалось, не испытывал абсолютно никаких эмоций. Если он и раздумывал над чем-то, то выглядело это так, будто незнакомец анализировал полученную информацию по строго введенной схеме. Как машина.

Ветер медленно трепал его странно покрашенные волосы. Немного длинные пряди, растущие в нижней части затылка, слегка прикрывали шею и были окрашены в чёрный цвет, все остальные были светлыми. Парня можно было бы назвать блондином. Рваная чёлка тут же напомнила мне Алису, только вот у парня она была длиннее и поэтому падала на глаза, а немного отросшие пряди на висках прикрывали кончики ушей.

— Ну и как долго будут продолжаться эти гляделки? — не обращаясь к кому-то конкретно, спросил я, но, похоже, незнакомец принял эти слова на свой счёт и в мгновения ока попытался нас атаковать, пробивая переднее стекло своим кулаком точно посередине.

— Ублюдок, ты сглазил! — тут же возмутился Феликс, стоило нам выскочить из машины и оказаться снаружи.

— Я? Это ты начал истерить по поводу своих волос и остановил машину, делая нас лёгкой добычей!

— Ты такой же! Стоит тебе забыть плойку и тут же начинается паника, совсем как в отеле недавно.

Я обвинял Феликса, он же сыпал мне соль на рану, напомнив о том, что мои волосы до сих пор вьются, и я ничего не могу с этим поделать, а нападавший сидел на чёрно-матовом капоте автомобиля не двигаясь. Его рука до сих пор находилась в салоне. Может, это была не атака со стороны парня, а просто предупреждение, иначе, зачем бить между нами? Странный он. Но ещё более странно то, что Рык абсолютно никак не отреагировал, а ведь ему только что разбили стекло и оставили пару вмятин.

— Чёрт, Кира и Алиса совсем недавно починили его, — раздосадовался Феликс. — Эй, парень, а словами объяснить никак, что тебе от нас нужно? — обратился Громов уже к голубоглазому.

Тот, видимо, только сейчас поняв, что в машине нас уже нет, резко вытащил руку, поднялся на ноги и уставился на Громова.

— Слушай, странное у него поведение, — Феликс подошёл поближе ко мне и тихо сказал это. — Либо он ненормальный, либо вообще не человек.

— Точно! — наконец меня осенило. И как я раньше не понял? — Это же андроид!
Напарник скептически посмотрел на парня.

— Ну… Мы и раньше с роботами встречались, но выглядели они совсем по-другому. В смысле, тоже две ноги, две руки, но сразу понятно, что машины, а этот… — Громов качнул головой в сторону пацана, указывая на него.

— Да просто придали ему человеческий вид, вот и всё. Ещё, скорее всего, он более новая модель, а так андроид андроидом.

Наш безбожный трёп продолжился бы и дальше, но андроид спрыгнул с капота и в одно мгновенье оказался рядом. Однако и мы быстро отскочили от него в разные стороны и вовремя: ударив со всей дури кулаком по дороге, пацан оставил в ней внушительную вмятину, как раз в том месте, где недавно стоял Громов.

— Маньяк асфальтный, — пробормотал Феликс.

— А ещё говорят, что якобы мы демоны разрушения, — я расправил свой складной нож и встал в стойку. — У нас хотя бы всё чисто случайно выходит, а этот намерено всё крушит.

Как и положено роботу, пацан не обращал внимания на наши слова, а лишь обдумывал план действий. Стоит быть очень осторожными, ведь андроиды за доли секунды могут продумать несколько десятков вариантов наиболее выгодного для них развития событий.

Выбрав лучший вариант, основываясь на каких-то, только ему ведомых выводах, противник решил для начала атаковать Громова. Ринувшись в сторону Феликса, пацан одновременно начал концентрировать заряд своего аккумулятора в ладонях, имитируя электрошокер. Это стало понятно благодаря еле заметным поблёскиваниям электричества на пальцах андроида.

Ладони робота крепко сжали плечи Феликса, который даже не пытался увернуться, и пустили ток в тело Громова. Того начало лишь еле заметно трясти, серебряные глаза заволокло дымкой наслаждения, губы растянулись в дебильной улыбочке, сквозь которую пробивался прерывистый смех.

— Словно тысяча оргазмов… — довольно произнёс Громов.

Не знаю даже, мазохист он, привык к боли из-за невозможности умереть, или дело в его фамилии, но факт остаётся фактом: сколькими вольтами не одаривай Феликса, ему будет только по кайфу. На данный момент это сыграло очень хорошую роль в нашем сражении. После слов Громова мимика пацана приобрела удивлённый оттенок. Без понятия, как такое возможно, ведь он андроид, но усыпление бдительности противника сейчас самое нужное.

— Отлично, Феликс! Продолжай в том же духе!

Я подбежал к пацану со спины и вонзил свой нож между лопаток. Мои знания об андроидах невелики, но, надеюсь, с расположением материнской платы я угадал. Нож, вопреки моим наивным ожиданием, еле вошёл наполовину. Я должен был предугадать это и вложить в удар куда больше силы, в конце концов, это же не хрупкое человеческое тело, а существо из очень прочных сплавов.

Поняв, что преимущество явно не на его стороне, пацан повернулся на девяносто градусов, оставляя нож у себя в спине, и оттолкнул меня с Феликсом в разные стороны. Если противник смог проломить асфальт, то о расстоянии, на которое мы отлетели и говорит не стоит.

Покосившись в сторону леса, блондинистый тип должно быть начал продумывать план побега. Нельзя его так просто отпускать! Но и остановить андроида никак не получится. Дело не в том, что при последнем ударе нас сильно приложило. Подобное просто невозможно, ведь у меня видоизмененное тело, а о человеке с демоном внутри вообще можно промолчать. Проблема заключалась в нескольких метрах, отделяющих меня и Феликса от андроида, который был уже почти у конца трассы. Ему оставалось только перепрыгнуть через бортики, и вот он — его шанс скрыться. Даже не смотря на тщетность наших действий, я и Громов со всех ног побежали к андроиду. Ноги пацана были готовы оттолкнутся от земли и прыгнуть, но лучший друг человека — машинопёс, как всегда приятно удивил.

Капот широко открылся, позволяя разглядеть невесть откуда взявшиеся металлические треугольники, заменяющие зубы, только вот они больше напоминали челюсти акулы, а не собаки, и машина на высокой скорости подъехала к андроиду, сбивая того с ног. Как только пацан оказался в моторном отсеке, крышка капота тут же опустилась, пронзая «клыками» тело робота. Думаю, Рык не только хотел помочь нам, но и отомстить за свои повреждения.

— Задание провалено, — безэмоциональным голосом произнёс андроид. — Очистка файлов произойдёт через десять секунд. Отсчёт пошёл.

— Чёрт! — я нахмурил лоб, понимая, что может произойти нечто очень нехорошее для нас. — Феликс, если не остановим его, то не узнаем, кем был послан этот пацан!

— И что делать? Я в подобной технике не шарю, — подбегая ко мне, честно признался Громов.

— …семь, шесть… — отсчитывал андроид, давая всё меньше времени на размышления.

— Батарея! — наконец осенило меня. — Она находится в месте первого шейного позвонка. Немедленно вырви её!

Слова мои звучали как приказ, но напарник не разозлился из-за этого, понимая, что сейчас некогда спорить и препираться. Одним точным движением Феликс выдернул из шеи пацана маленький чёрный кубик, служивший батарей. Голова андроида резко поднялась, словно ему больно, но на самом деле это было просто чем-то вроде рефлекса, заложенного программой. Радужка в расширившихся глазах сменила свой цвет с голубого на красный, пару раз помигала, а потом потухла. Веки закрылись, а голова повисла без чувств.

Андроид был куда легче тех, с кем мне и Феликсу приходилось сражаться, но затаскивать пацана в машину всё равно пришлось вдвоём. Кое-как уместив андроида на заднем сиденье, мы вытерли пот со лба и уселись на свои законные места: Громов за руль, а я на пассажирское сиденье. Синхронно повернувшись через плечо, каждый из нас с интересом начал разглядывать выключенного противника.

— Кажется, я его уже где-то видел, — кивнув в сторону пацана, произнёс Феликс. — Причём, совсем недавно…

— Всё это время мы были на задании, так что видеть ты мог его либо в городе, либо в отеле. Хотя, последнее исключено, там были только призраки и демон.

— Отель… — подняв глаза, задумался Феликс. — Указатель! — неожиданно выкрикнул мне в лицо напарник. — Я видел силуэт возле указателя на развилке!

— По силуэту ничего не поймёшь… — уже было хотел возразить я.

— Нет! Это точно он. Я уверен. Мало того, помнишь, ещё когда мы были в Готтлосграде, кто-то проделал дыру в асфальте? Тогда этот андроид пробежал мимо меня на высокой скорости.

— Такое ему вполне под силу, учитывая то, что он вытворял пару минут назад. Получается, этот блондин преследует нас уже давно.

— Почему он в крови? — проигнорировав меня, спросил Громов. — Он же андроид, зачем ему кровь?

— Когда ты научишься слушать людей! — прикрикнул я на этого имбецила. Бесит. Уверен, он специально пропустил мои слова мимо ушей. Вот же… — Думаю, это для маскировки, — всё же ответил я на вопрос Феликса, немного успокоившись.

— А то удивление, отразившееся на его лице, когда он атаковал меня, тоже для маскировки?

— Скорее всего, да. Это, несомненно, новая модель, не удивительно, что он имеет функции, позволяющие имитировать эмоции.

Феликс хитро улыбнулся и, посмотрев на меня, произнёс:

— Как думаешь, нашим симпатичным механикам понравится пусть и потрепанная, но такая дорогая игрушка?

— Да они запляшут от счастья, только завидев жертву для новых опытов, — ответил я напарнику той же улыбкой.

Ремни безопасности пристёгнуты, нога Феликса жмёт на педаль, Рык радостно рычит, и мы мчимся обратно в Готтлосград, доставив заказ в целости и сохранности, при этом не забыв подарочек для наших знакомых любителей железяк.

для чтения на ficbook ficbook.net/readfic/4097681

@темы: писанина, Юмор, Экшн, Фантастика, Стёб, Слэш, Ориджиналы, Нелюди, Мистика, Драма, Ангст, unhumans