Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
21:21 

Нелюди. Глава X в которой все валяют дурака

Mew Mew Neko
Предыдущие главы chu-chu-mew.diary.ru/p208776964.htm
ссылка на фикбук ficbook.net/readfic/4097681
Снег. Мороз. Зима.

Полдень. Проулок. Одиночество.

Хэй, Хэй, Хэй, Хэй,
Неважно кто ты!
Оу, Оу, Оу, Оу,
Натурал или гей!
Хэй, Хэй, Хэй, Хэй,
Просто иди-и-и-и
И трахай парней!


Фальшивая и неприличная песенка нарушила сон девочки, спящей в одной домашней одежде в арке многоэтажки, через которую люди обычно сокращали путь. Но сейчас на улице, освещённой ярким зимним солнцем, стоял будний полдень, и мало кто проходил мимо.

Хрупкая маленькая девочка в белом пальтишко и с коробкой кондитерских изделий в руках весело шагала по проулку, ведущей к этой арке. В свои двенадцать лет она выглядела максимум на восемь. Девочка не была красивой, однако детская милота сглаживала недостатки её внешности. На лице миниатюрного создания блистала широкая улыбка, открывавшая ряд ровных белых зубов. Девочка была в полном восторге от своей песенки и пела её на протяжении всего пути, от самой кондитерской. Она не обращала внимания на немногочисленных прохожих, что оглядывались на неё. Но изменив своему обычному маршруту и дойдя до арки, девочка перестала петь, встретив тёмно-синий, почти чёрный пустой взгляд, без всяких эмоций уставленный на неё.

Это была первая встреча Алисы Паскаль и Киры.

— Тебе не холодно? — спросила Алиса, подойдя к той, кому принадлежали столь безжизненные глаза.

— Холодно, — честно ответила Кира.

Алиса не могла понять, как кто-то может находиться на улице при таком морозе в одних лёгких штанишках, в такой же лёгкой рубашке и босиком среди бетонных стен арки и при этом чётко осознавать, что ему холодно?

«Может она потерялась?», — начала размышлять Алиса. — «Но она в домашней лёгкой одежде. Кто ж так гулять пойдёт? Тогда вероятно её выгнали из дому. Во имя голубизны, чего я так мучаюсь, когда можно просто спросить?!».

— Почему ты тут сидишь?

— Не знаю. Мне наверно некуда идти.

Тон Киры был так же безжизнен, как и её глаза, смотреть в которые мешала длинная чёрная чёлка.

— А откуда ты ушла? — продолжала интересоваться маленькая Алиса.

— Не знаю.

Не выдержав однотипных ответов, Паскаль закатила жёлтые глаза и глубоко вздохнула.

— Куда теперь пойдёшь, тоже не знаешь.

— Нет, не знаю, — согласилась Кира. — Да и мне всё равно, — она отвела взгляд, а затем и вовсе опустила голову. — Ничего не чувствую.

— Это почему? — удивилась Алиса, но ответом послужили уже знакомые слова:

— Не знаю.

Похлопав тёмными ресницами, чей цвет обычно не наблюдался у блондинок, Алиса вспомнила про коробку со сладостями и, широко улыбаясь своей жизнерадостной улыбкой, протянул коробочку вперёд.

— А ты знаешь, любишь ли ты пирожные?

***


Девочки переступили порог жилища Алисы. Это была светлая однокомнатная квартира, полностью находившаяся на восточной стороне многоэтажки. Кира обратила внимание, что в прихожей обувь только маленького размера, и верхней одежды взрослых так же нет. Направляясь в сторону кухни, её темный взгляд постоянно натыкался на какие-то железяки и рабочие инструменты.

«Наверно, она живёт одна», — сделала вывод Кира. — «И, судя по всему, увлечения у неё весьма странные».

— Почему ты не в школе? — спросила она, апатично поедая пирожные на пару с Алисой, которая в отличие от своей неожиданной знакомой вкушала сладости с превеликим удовольствием.

— Мне там скучно, — прожевав, честно ответила Паскаль. — Я хожу в это здание только сдавать зачёты. Мама и тётя настаивают на том, чтобы у меня был аттестат об окончании среднего образования.

— А ты его не хочешь?

Кира произносила всё так, словно эти вопросы были заложены в ней программой. Когда люди интересуются чем-то, их брови чуть приподнимаются или наоборот, непонимающе хмурятся, взгляд внимательно устремляется на собеседника, и весь вид выражает вопрос. Кира же лишь отмеренными движениями челюсти жевала пирожные и безэмоционально интересовалась жизнью Алисы, сама не понимая зачем. Однако Паскаль не обращала на это никакого внимания и с радостью отвечала на вопросы честно и подробно.

— Мне всё равно. Что он мне даст? Оценки? Зачем они мне? Я и так прошла всю программу и куда умнее даже выпускных классов, — в последних словах не было ни тени превосходства или тщеславия. Алиса говорила так, словно сообщала незыблемую истину, подобную тому, что солнце восходит на востоке.

— Наверно, с тобой мало кто общается.

— Частый и неверный вывод, — немного скучающе опровергла Алиса, отпивая чай. — В любой момент я могу прийти в класс и завести беседу с кем угодно, либо зашипперить пару человек…

— Что сделать? — перебила её Кира, однако Алиса всё равно продолжила своё предложение и лишь потом вспомнила о вопросе собеседницы:

— …Но дома мне куда приятней. Что? Спрашиваешь, что такое шипперить? — Кира утвердительно кивнула. — Это значит пары составлять.

— Зачем?

— Как зачем? — девочка посмотрела на Киру, как на только что родившегося человека, не познавшего мир, а затем положила руку себе на сердце и благоговейно произнесла: — Для душевной радости.

— Я не понимаю, — честно призналась её собеседница.

— Многие не понимают. Но ты поймёшь, я в этом уверена. Пусть не сейчас, но когда-нибудь точно.

— А тебе не скучно дома одной?

— Нисколько! У меня собакоробот и которобот. Я сама их сделала, именно такими, какими хотела! Они умнее большинства настоящих животных, и избавлены от плохих привычек.

— Но они не живые.

— Мне не нужны живые, — серьёзно сказала Алиса. — Ни животные, ни люди.

— Раз пригласила меня к себе, значит нужны.

— Ты другая. Совсем другая.

— Ты меня даже не знаешь. Я сама себя не знаю.

— Я вижу это по твоим глазам. Только ты меня поймёшь. О! Оставайся у меня! Тут хватит места для двоих.

— Даже не знаю…

— Это твоя любимая фраза, что ли? Тут и думать нечего! Оставайся! Ну, вот куда ты сейчас пойдёшь?

— Никуда, — улыбнулась Кира. Не грустно, а как-то на грани смеха. Ей самой было смешно от своих слов.

Алиса улыбнулась в ответ.

— Раз ты ничего не помнишь, тогда я поведаю тебе о самых важных вещах этого мира. Итак, — Алиса нагнулась и подняла что-то с пола, — это — гаечный ключ.


Наверно это первый раз, когда всё подчиненные Вероники в полном составе собираются в штаб-квартире. Раньше в этом просто не было необходимости. Саша и Феликс (а теперь к ним присоединился ещё и Лаки) приходили сюда за заказом, Алиса иногда наведывалась в гости, количество же моих появлений в этом месте можно сосчитать на пальцах одной руки.

— Значит, в этот раз мы выполняем задание от Шефа лично. Причём это ни как не связано с доставкой.

— Вероника хитрая женщина. Зачем нанимать кого-то, когда у неё есть подчиненные, которых запросто можно припрячь? Ещё и заплатить в разы меньше…

— Саш, не бурчи. Нам представился шанс выполнить задание всем вместе. Разве это не прекрасно?

— Прекрасно отдыхать в свой выходной, а не расследовать паранормальное явление в доме Шефа.

— А мне ещё столько картин заканчивать… Кстати, Алис, необычно видеть твоё участие в общественной деятельности. Чего это ты нам помочь решила?

— У моей родной тёти проблемы. Как я могу не помочь?

Феликс, Саша и Алиса беседовали больше не о сложившейся проблеме, а о хозяйке квартиры. Я и андроид в это время стояли напротив, облокотившись о стену и не влезая в разговор. Слушая собравшихся здесь, внутри моей головы постоянно пробегала какая-то мысль, поймать которую никак не удавалось. Однако уже через пару секунд мне удалось понять, в чём она заключается.

И Алиса, и Саша, и Феликс, всё они обсуждали хозяйку квартиры, но каждый называл её по-разному. Удивительно. Один человек и столько имён. А я? А я лишь Кира, которая согласилась не только расследовать паранормальное явление, происходящее в жилище Вероники, но и остаться временно жить с курьерами и Алисой в этой же квартире.

С чего всё началось, почему мы собрались здесь и зачем оставаться всем вместе в штаб-квартире?

В полдень я и Алиса занимались тем же, чем обычно занимаемся утром, в обет и вечером, вне зависимости от времени года и погоды — делали механические протезы. Каждый раз заказчики придумывали что-то новое, ненормальное и экстраординарное, касательно оружия, которое должно присутствовать в металлической замене конечности, а мы в поте лица вынуждены были воплощать их фантазии в реальность.

Как раз в то время, когда мы проверяли уже почти доделанный протез на профпригодность, раздался телефонный звонок. Стоило Алисе щёлкнуть пальцами, как вызов тут же был принят, несмотря на то, что средство связи находилось в двух метрах от хозяйки. Раз мы умеем делать технику подобную протезам, так почему бы не упростить жизнь и себе? Алиса говорила, что знания прежде всего нужно применять себе во благо. Следуя такой философии, мы снабдили свои телефоны датчиками распознавания звука, благодаря чему смартфоны обладали способностью выполнять многие функции, не нуждаясь в нажатии определенных сенсорных кнопок.

— Слушаю, — произнесла Паскаль своим высоким голоском.

— Вы как обычно дома? — на том конце оказалась Вероника. Тон её был серьёзен и даже чуть обеспокоен.

— Да, — ответила моя подруга. — А что ты хотела?

— Скоро вам придёт мой старый знакомый. Он из другого города, приехал навестить меня, но ему негде остановиться, поэтому побудет у вас.

— Эй! — тут же возмутилась Алиса. Она терпеть не могла, когда кто-то посторонний находится в нашем доме. Эта её черта характера напоминает мне Сашу. Но его мизантропия выражалась менее ярко. — Почему ты не пригласишь его к себе?! Это же твой знакомый!

— Уже приглашала. Закончилось всё не очень. Впрочем, не буду утруждать себя подробностями. Он сам всё расскажет. А мне нужно ещё связаться с курьерами.

Через полчаса к нам постучались. Выбравшись из лаборатории и открыв бронированную дверь, я и Алиса увидели на вид вполне доброжелательного человека, представившегося Оскаром. Небольшая тёмная щетина, коротко стриженые русые волосы и взволнованная вежливая улыбка. Знакомый Вероники был напряжён, однако причиной тому, как оказалось, были не мы.

— Я знаю, что Вероника занимается… Весьма необычной работой, правда подробности всего мне не известны. В общем, от её квартиры я ожидал чего угодно, — Оскар держал в руках кружку с чаем, который грозился пролиться на кухонный стол, поскольку весь мужчина слегка дрожал от нервозного состояния. А мы уж надеялись, что тёплый чай и уютная атмосфера нашей кухни, усеянной инструментами, железом, странными вещами непонятного предназначения и ещё более непонятной причиной их появления здесь, а так же громадный плакат на стене с изображением любимых Алисиных гей-актёров, коротко говоря, мы думали, что всё это успокоит нашего гостя. Однако в действительности всё было иначе. Оскар продолжал говорить взволнованным тоном: — Но я даже подумать не мог, что всего через час после моего появления начнётся такая чертовщина!

— А поподробней, — попросила Алиса, сидевшая на стуле, поджав под себя ноги и набивая рот любимыми пирожными. Вид Оскара её ничуть не волновал. Паскаль напоминала ребёнка, желавшего услышать сказку вне зависимости от того, в каком состоянии рассказчик.

— Мы просто сидели в гостиной и рассказывали друг другу о том, что изменилось в наших жизнях за столько лет разлуки, как из соседней комнаты послышался звук разбившегося стекла. Тут же подскочив и пойдя на звук, мы заглянули в спальню Вероники. Подсвечник, ранее находившийся на прикроватной тумбочке, лежал на полу, а его лампа была разбита на множество осколков. Окна были закрыты, в доме не было больше никого, кроме нас. И ладно, если бы подсвечник просто разбился, так осколки сами по себе взлетели в воздух и полетели в нашу сторону! Я еле успел закрыть дверь, чтобы спасти наши жизни!

Кружка резко была поставлена на стол, а глаза Оскара, расширившись, уставились на нас.

— Подумаешь, стёкла летают. А у нас машина лает, что дальше? — вот и вся реакция Алисы. Полное безразличие.

— Стёклами ничего не ограничилось! — проигнорировал слова о машине гость.

Из дальнейших подробностей стало ясно: с разной периодичностью во времени Веронике и Оскару что-то угрожало. Причина самодвижения предметов им была неизвестна, поэтому тётя Алисы и её друг поспешили убраться из опасной квартиры.

— Похоже на полтергейста, — предположила я.

— Ага. И агентом наверняка является Оскар, — согласилась Алиса, добавив своё предположение.

— Но тогда сейчас и в нашем доме творилось бы нечто странное. Однако, как видишь, этого не происходит.

Я и Алиса сидели в своих белых халатах напротив гостя и выдвигали теории паранормального происшествия при нём, ничуть не заботясь о реакции Оскара. Со стороны всё напоминало сценку из психиатрической клиники, где два врача выносят диагноз пациенту. Пациент, к слову, при заявление о полтергейсте не удивился. Похоже, он решил отвлечься от неожиданно сложившейся проблемы и с интересом разглядывал меня и Алису.

— Вы подруги? — спросил он.

— Нет, супруги, — тут же отозвалась Паскаль. Неужели решила пошутить над Оскаром? Тогда, Господи, помилуй несчастного.

— То есть… Штамп в паспорте, вместе живёте?.. — шокированным голосом, с большими паузами, произнёс Оскар. — Но вы же ещё несовершеннолетние!

Внешность Алисы опять ввела в заблуждение. Оскар подумал, что ей не больше пятнадцати. Однако меня удивило, что его волновал лишь возраст. Алиса в свою очередь, вопреки моим ожиданиям, не стала ничего отрицать, лишь произнесла ещё одну ложь, в которую гость незамедлительно поверил:

— У нас пока что гражданский брак.

— Что?!

— Пожалуйста, не верьте всему, что она говорит, — тут же вмешалась я в разговор. — У Алисы бывает, а мы на самом деле только подруги.

— Кира! — обвиняющее воскликнула Паскаль. — Как ты можешь говорить такое?! У нас же даже ребёнок есть!

— Ре… Ребёнок? — веко Оскара задёргалось. Алиса не собиралась щадить его. — Несовершеннолетние. Девушки. Уже имеется ребёнок, — бормотал он себе под нос.

Выглядел гость так, словно ещё немного и он не выдержит: потеряет сознание прямо здесь. Смею предположить, так над его психикой ещё никто не измывался.

— Да, ребёнок, — утвердительно закивала головой Алиса, — его зовут swiftDV7.

— Но это же ноутбук!

— Да как вы можете! — завела старую песню Алиса. — Это же наше дитя, мы любим его любым!

По мере того, как Алиса рассказывала вымышленные подробности нашей семейной жизни, Оскар бледнел всё сильней и сильней. Помочь я ничем не могла и не хотела. Мой разум руководствовался логикой: чем больше сейчас развлечётся Алиса с гостем, тем спокойней пройдёт остаток дня.

В результате бедолагу спасла Вероника, приехавшая вместе с курьерами к нам через час. Оскар был эвакуирован, а мы сели в машину и вместе с Феликсом, Сашей и Лаки поехали осматривать штаб-квартиру.


Приехав, мы ничего не обнаружили, кроме испорченной мебели, которая подверглась странной силе ещё во время присутствия Вероники и Оскара. Именно поэтому мы единогласно решили остаться здесь до тех пор, пока не увидим всё своими глазами и не избавимся от предполагаемого полтергейста.

Единогласно — это в моём случае значит, что за нас двоих решила Алиса. Это она, ещё до того как Вероника попросила, сказала, что поможет с этим делом, и она первая вышла за дверь, сняв свой белый халат, и опять же Паскаль согласилась остаться в квартире на ночь. Алиса так решила, она так желает, а раз хочет она, то наверно хочу и я. Очень часто мне проще просто согласиться с ней, поскольку сама я не знаю, чего желает душа. Да и есть ли она у меня?

Проснувшись в том проулке, я словно потеряла чувства. Происходящие вокруг меня вещи и по сей день редко вызывают эмоции. Я как андроид, стоящий рядом со мной. Если подумать, то я похожа на всех в этой комнате. Не забочусь о судьбах прочих людей как Саша, люблю железо как Алиса, и меня приютила Паскаль, так же как и Феликса.

Можно ли назвать это их семейной чертой? Мне дала кров Алиса, а Феликсу помогла Вероника. Ни та, ни другая не спросили при первой встречи даже имени. Но я бы и не смогла ответить. В тот момент в моей голове не было ничего, кроме безразличия ко всему и к себе самой в том числе. Лишь через несколько дней удалось выяснить моё имя и то, что я на год старше Алисы. Фамилия так и осталась неизвестной. Однако мне она без надобности.

Алиса, Саша и Феликс продолжали беседовать. Я, подпирая спиной и без моей помощи стоявшую стену, разглядывала Паскаль. Она была без своего свободного белого халата, что выглядело кране непривычно. Обычно Алиса носилась в нём по дому и иногда даже засыпала в халате. Он стал ей второй кожей. Но сейчас Паскаль была в тёмно-синих, обтягивающих её ноги, джинсах на низкой посадке и лёгкой бежевой кофте с короткими рукавами, заправленной в эти джинсы. Эти вещи всегда без исключения пугали прохожих, поскольку подчёркивали природную худобу Алисы и все её косточки. Одежда Паскаль не только невыгодно смотрелась на ней, но так же и не соответствовала погоде. Алиса вышла из дома, даже не захватив хотя бы лёгкой курточки. Причиной такого поступка служил не цвет её волос. Просто Алиса наверняка даже не знает, какое сейчас время года. Она может месяцами не выходить из дома, так что я рада паранормальному явлению, благодаря которому Алиса хоть на несколько минут оказалась на улице.

Я смотрела на Алису, а Лаки разглядывал Феликса. Надо же, сегодня в нашем кругу Саша обделен вниманием, что его натуре обычно не свойственно. Но что поделать? Меня он не интересует, а у Лаки в приоритетах Феликс. Интересно, что же заинтересовало андроида в Громове? Может дело в том, что изначально программой была заложена охота на курьеров, а в большей степени на Феликса, но после изменений в системе и добавлении ориентации всё вылилось в некую симпатию?

— Вы же сейчас вместе живете, — послышался высокий голосок Алисы, интонации которого не предвещали ничего хорошего для парней. — Ну и как он в постели?

При этих словах в моём воображении искусственный голос произнёс: «Режим любительницы геев включен. Гражданским просьба эвакуироваться».

— Прекрасен, — ничуть не смутившись и смотря прямо в желтые глаза, намекающими на пошлость, ответил Феликс. — Спит как ангел.

Явно огорчённая таким ответом, Алиса надула губки. Она надеялась, что за время проживания Саши в квартире Громова между ними что-нибудь произойдет.

Я задумалась о своём. За это время хандра Алисы прошла, словно и не было её, и она снова начала приставать к Феликсу. Вернувшись в реальность, мне удалось услышать лишь конец её фразы:

— …Ну переспи с парнем, — жалостливо умоляла Паскаль друга.

Феликс, уже привыкший к подобным выпадам Алисы, реагировал спокойно, но соглашаться не спешил. Пока что он пытался вполне логически объяснить Паскаль причину своего отказа, а Саша, с которым Алиса и предлагала другу переспать, сидел на мягком белом диване и флегматично наблюдал за попытками Громова.

— Алиса, я же не заставляю тебя спать с девушкой.

В голове у Паскаль тут же возникла идея. Это стало понятно по её расширившимся жёлтым глазам, в которых плескался свет прозрения.

— То есть если я пересплю с девушкой, то… Охохо! — ликующе посмеиваясь, Алиса подбежала к андроиду, толкнула его вперед, а сама встала позади. Потянувшись руками к светлым волосам Лаки, она собрала их в два коротких хвостика по бокам и, выглянув из-за спины андроида, торжественно произнесла: — Познакомься, это Лаки. Я встретилась с ней совсем недавно. Если пересплю с ней, ты займёшься любовью с парнем?

Долго Феликсу о выходе из положения думать не пришлось. Так же быстро, как и Алиса недавно, он подскочил ко мне и, обняв за плечи, сказал:

— Познакомься, это Кира. Если ты так хочешь, то я буду не против переспать с таким симпатичным молодым человеком.

Ладонь Феликса скользнула ниже, перекочевав с моего плеча на талию и нагло начала её поглаживать. Не меняя мимику лица и без каких-либо лишних движений, я ударила наглеца локтем в живот.

— Похоже, Кира тебя не хочет, — ехидно заметила Алиса. — Придётся спать с Сашей.

— Эй! — крикнул тот с дивана, явно недовольный таким выводом.

— Не переживай, Феликс будет нежен, — успокоила его Алиса.

— Не понимаю о чём вы, но почему именно Саша? — обижено поинтересовался андроид.

— Как ты надоела! — вскипел Громов, устремив серебряный взгляд на Алису. — Когда же угомонишься уже?! Сколько раз говорить, меня девушки интересуют!

— Да ладно тебе, один раз — не пидарас, два не привычка, три не система, а мне приятно.
Феликс сжал кулаки и продолжил что-то кричать и втирать Алисе, а та стояла и лучезарно улыбалась своей белоснежной улыбкой ровных зубов. Саша, которому тоже частично досталось от моей безумной подруги, отвернулся к окну и, прикрыв глаза ладонью, качал головой. Лаки в это время интересовался у меня о значении слова «переспать», я же сказала, чтобы андроид просто посмотрел всё интересующее его в интернете (заодно и дополнительно всплывающей «информацией» просветился бы), но тот упрямо утверждал, что хочет обо всём людском узнать прямиком от людей.

Неожиданно во всей этой суматохе послышался странный звук, происхождение которого было невозможно определить. В туже секунду Дэрикот подорвался с дивана, достав свой нож, андроид принял боевую стойку, я предельно внимательно начала оглядываться по сторонам, анализируя все возможные способы нападения на нас, а Алиса подскочила ко мне, доставая из кобуры, красовавшейся на её ремне, маленький пистолет.

Выглядел он больше не как оружие самообороны, а как аксессуар. Но не стоит судить книгу по обложке. Пули этого пистолета имели остроконечную форму, благодаря чему при стрельбе могли достигать высокой скорости. Каждая из них была обмазана ядом, поэтому даже если противник был лишь слега задет пулей, яд обездвиживал его и можно было выстрелить ещё раз. Но основная фишка заключалась в том, что в эту аккуратную и маленькую на вид вещь, сделанную специально под руку Алисы, была встроена программа самонаведения. Иными словами, при активации программы, пистолет стрелял сам, попадая точно в цель. И неважно, из какого мира эта цель.

— Это полтергейст! — уверено сказал Саша, и от его слов все напряглись ещё больше. Все, кроме Феликса.

— Спокойно, народ, — произнёс тот, подняв руки в успокаивающем жесте. — Это мой желудок.

Такого не ожидал никто.

— Ты же ел недавно, — пока что спокойно заметил Дэрикот.

— Возможно это из-за того, что внутри Феликса сидит Велиал, и ему тоже требуется пища, — сделала предположение я, всё ещё не отошедшая от происходящего. Подумать только, все так перепугались лишь из-за бурчания в животе контрактора.

— Феликс как будто беремен, — в своём стиле заметила Алиса, засунув пистолет обратно в кобуру.

— Не приписывай ко мне свойства своего организма.

— А мне от кого забеременеть, позволь узнать? — тут же парировала Алиса.

— Сашу даже рассматривать не стоит, — начала рассуждать я, — Лаки и вовсе андроид, со мной дело иметь бесполезно. Остаётся Феликс.

Алиса посмотрела на меня, как на ненормальную, затем скривилась, будто объевшись лимонов и, продолжая корчить личико, вскрикнула:

— Фу! Переспать с Феликсом!

— Что?! — тут же оскорблённо отреагировал Громов.

— Ну, в смысле, это все равно, что с братом, — поспешила успокоить его Паскаль, однако вид Феликса счастливее от этого не стал. — Прости, что ущемила твое мужское достоинство. Хотя я его ни разу даже не видела, поэтому без понятия как его прищемить…

Алиса продолжила рассуждать дальше в том же духе, без ножа раня Громова своими соображениями. В скором времени тот не выдержал, схватился за голову и, сжимая её, начал тихо скулить:

— Ну, хватит. Прекрати. Как же ты мне надоела. Иди, поприставай к Кире.

Однако, как бы не умолял Феликс, Алиса оставалась непреклонна и продолжила бы мучить ни в чём неповинного юного художника дальше, если бы не заметила в самом углу комнаты удалившегося от нас Сашу, занятого какими-то своими делами. Не выдержав безумия, в которое превратилось наше задание, он тихонько сидел на корточках, и, судя по двигающейся руке, протыкал что-то с одним лишь ему ведомым спокойствием и умиротворением.

Две пары глаз: жёлтые и серебряные устремились на Сашу, затем переглянулись между собой и лица их хозяев озарились хитрющими улыбками.

Когда рядом Алиса — конец царящему спокойствию, когда Феликс с вами — вероятность смерти от смеха велика, если Паскаль объединится со мной — всё выльется в оружие, что почти невозможно победить, если с Громовым — они организуют заговор, и тот, кто станет их целью — обречён, если же Феликс будет с Сашей — это мини-апокалипсис. А что будет, если все вышеперечисленные находятся в одной комнате и вместе с ними андроид с нетрадиционной ориентацией?

— А что это у тебя там? — слащавым голоском поинтересовалась Алиса.

Паскаль подкралась к Саше со всей присущей её телосложению бесшумностью. Но когда она, заглядывая через плечо сидящего информатора, задала свой вопрос, было уже поздно. То, что Дэрикот держал в своих руках, было уже убрано в потайной карман его серебряного пиджака. Реакция курьера даёт о себе знать.

— Ничего, — улыбаясь покоряющей сердца улыбкой, солгал он.

Но Алису этим не провести. Моя подруга часто ведёт себя, как невменяемая, однако она отнюдь не дура. Глупый человек не способен придумать то, что мы создаём из металла каждый день.

— А мне в детстве говорили: «Кто по многу врёт, того однажды съест злой волк».

Это был уже Феликс. Он оказался за спиной Саши через секунду после смены места Алисы. Сразу следом за замечанием о волке, Громов резко вцепился зубами в плечо информатора. Крики отвращения Саши, истерический смех Алисы, склоненная на бок голова андроида, уже давно потерявшего суть происходящего, и моё флегматичное лицо. А ведь всё началось с полтергейста. Хотя, кто сейчас об этом помнит, кроме меня? Не эта троица точно.

Саша вопил о микробах, заполняющих до краёв всю сущность Феликса, и пытался отцепить Громова от себя, но тот не поддавался и нагло пускал слюни в пиджак Саши, от чего тот кричал ещё громче. Наконец ему удалось отцепить «хищника» от себя. Ворот Сашиной рубашки оттянулся в процессе изгнания Громова, и я заметила что-то чёрное на его плече. Что это, откуда и как давно?

Алиса, до этого бившаяся в конвульсиях истерического смеха на полу, собралась с силами и поднялась на ноги.

— И всё же, что ты спрятал? — задала она прежний вопрос.

— Я же сказал: ничего!

Саша снял с себя пиджак и, нахмурив брови, оглядывал мокрое пятно. Громов стоял рядом и довольно любовался делом… Слюней своих. Я в это время пыталась разглядеть плечо Саши, надеясь выяснить, что же уловил мой взор совсем недавно. Но попытка успехом не увенчалась: Дэрикот, слишком щепетильный к своей внешности, довольно скоро поправил воротник рубашки.

— Врёшь, — пропела Алиса. — Ты что-то прячешь и ты раздражён. Это подозрительно.

— Я раздражён, потому что этот имбицил опять учудил нечто ненормальное, — аккуратный палец указал на Феликса.

— Слушай, — обратился тот к Саше, — ты постоянно зовёшь меня «имбицилом». Неужели нельзя придумать прозвище поласковей?

— Хорошо, — неожиданно согласился Дэрикот. — Тогда я буду звать тебя Умка. От слова «недоумок»!

— Весьма оригинально, чего и следовало ожидать от Саши, — прокомментировала Алиса. — Что ж, ты объяснил причину своего раздражения, но не стал отрицать того, что ты что-то прячешь.

Медовые глаза пристально посмотрели в жёлтые. Да, Алиса способна обратить слова человека против него самого. Поэтому Дэрикот с ней общается только по делу. Она противник ему под стать, однако до Феликса ей в этом плане всё равно далеко.

— Я уверена, то, что ты так старательно скрываешь от нас — чьё-то фото! А до этого ты разглядывал его, сидя в уголке. Вывод: Саша влюбился!

— Саша влюбился! Влюбился! — подхватил Феликс.

— Нет, я не влюбился! — тут же начал отрицать Дэрикот, но двое непосед продолжали:

— Влюбился, влюбился!

— Не знаю, кто это, но тили, тили тесто жених и жених!

Алиса. Девятнадцать лет.

Саша. Двадцать лет.

Феликс. Двадцать один год.

Во всяком случае, так указано в паспорте, но с виду всё выглядело как группа в детском саду.

— Я не влюбился и могу это доказать. Вот!

Из кармана сжатого в руках от злости пиджака Саша достал фотографию с… Лицом Феликса!

Настала минутная пауза. Все, включая андроида, в недоумении уставились на неожиданное фото. Наконец тот, кто был изображен на нём, сглотнул, указал пальцем на себя и выдавил:

— Саша влюбился в меня?

— Да, я знала! — сразу после слов Громова выкрикнула Алиса.

Почему же эти двое вдруг решили, что Саша носит с собой фото Феликса, потому что тот якобы предмет его воздыхания? Думаю, дело в том, что если прищурить глаза, отойти на несколько метров и наклонить голову, то можно разглядеть вокруг головы Феликса подобие сердечка, выцарапанного ножом. Но в таком случае у Саши странный способ проявления любви. Протыкать и царапать ножом изображение того, кто нравится…

— Значит, когда люди кого-то любят, они берут фотографию возлюбленного и протыкают её ножом? — в вопросительном тоне озвучил мои мысли андроид. — Срочно! Дайте мне фотографию Феликса и нож!

— О Боже, у нас любовный треугольник! — воскликнула Алиса. — Борьба за Феликса! Кому же достанется тело молодого художника?!

— Мое тело принадлежит только мне!

— Вы идиоты! — всё больше и больше закипая от гнева, закричал Дэрикот. — Поражаюсь, как с такой извращенной логикой и обезьяньими мозгами вам удалось выжить в этом мире? Слушайте и вникайте! Я использую фотографии подобного рода для снятия напряжения. Это мой способ расслабиться!

Знаменитый на весь Готтлосград своими знаниями или внешностью, а в некоторых местах и тем и тем, Саша уже был готов вздохнуть с облегчением, посчитав, что всё в этой ситуации, наконец. стало предельно ясно. Но, как известно даже маленьким детям, в этом мире всё не так просто. Особенно в нашей компании.

— Снимаешь напряжение? — переспросила Алиса. — Дрочишь на него что ли?

— Ящик Ролтона мне в рот, вот это поворот! Саша, я думал ты спокойно спишь у меня под боком и являешься отличной батареей, а ты оказывается занимаешься такими грязными вещами!

— Батареей?! Ублюдок, так ты смеешь прижиматься ко мне и греться!

— Сколько подробностей их совместной жизни сейчас раскрылось, — произнесла я, не обращаясь ни к кому конкретно, но Лаки, услышав мои слова, добавил:

— Я уже давно в курсе об эксплуатации Феликсом Сашиного тела.

— Хорошо, что Алиса тебя не слышит. Подобную фразу она восприняла бы в совершенно другом смысле.

Сама же Паскаль, и без слов андроида, была в полном восторге. Давно у нее не было сколько простора для фантазии. Она безумно радовалась и на это было так приятно смотреть, что я даже не подумала как-то помогать парням.

— Феликс обнимает во сне Сашу! Не удивительно, что тот не сдерживается и дрочит.

— Блондинистое чудовище с извращенной фантазией! Я не занимаюсь тем, о чем ты говоришь!

— Но ты сам сказал, что с помощью моей фотографии снимаешь напряжение, — непонятно зачем поддержал Алису Феликс.

— Вы не только пошлые имбицилы, Господи, с кем я общаюсь, — как бы между делом добавил Дэрикот, — но и слепые создания. Разве не видно в каком состоянии это фото? Оно всё изрезано ножом! Я терпеть не могу Феликса, поэтому нет лучше способа, чем выместить весь гнев на нём. Но, увы, этот придурок не всегда рядом, поэтому пришлось распечатать парочку фотографий.

— Ах, Саша жалеет, что Феликс не всегда рядом, — жёлтые глаза Алисы заблестели от восторга.

— Ты слышишь лишь то, что хочешь, — заметил Громов.

— Интересно, с кого это Алиса взяла эту привычку? — изогнув губы в ехидной улыбке, намекнул Саша.

— Что ты там вякнул, Кудрявый?

Алиса, как обычно, шипперила парней, подбивая их на разврат, Саша с Феликсом готовы были начать драку, Лаки заинтересовано глядел на Громова, а я не испытывала никаких особых эмоций.

Вывод: паранормальных явлений сегодня замечено не было.

•••


Я лежал, бессмысленно уставившись в дорогой потолок с лепниной по углам, слегка освещаемый лунным светом из окна. Кусок идиота, то есть Феликс, лежал рядом.

Что за жуткое стечение обстоятельств? И в его квартире и в доме Шефа я вынужден делить с Громовым кровать. Уверен, сегодня всему виной проделки блондинистого чудовища. Не зря она ещё по приходу сюда, собрав осколки от подсвечника, кинула куртку Киры на кровать в спальне Вероники, как бы давая понять, что это место забито за ними. В столь огромной квартире есть ещё комната для гостей с полутороспальной кроватью и диваном, поэтому я не стал беспокоиться о том, что мне удобного места для сна не останется. Но чёртова Паскаль просчитала всё и тут: с большущим воодушевлением она начала расхваливать андроиду насколько прекрасны и удобны диваны, кровати и прочая мягкая мебель. Как результат робот лёг на диван, то ли подтолкнутый словами Алисы, то ли насмотрелся на людей и опять якобы подстраивался под окружающую обстановку. Что же до меня? Я пихнул Феликса к стенке, а сам улёгся с краю, проклиная всё на свете.

Почему я вынужден находиться в обществе этих придурков? Они вроде очень сообразительны и изворотливы в своей работе, но собираясь вместе (а некоторые личности даже в одиночестве), тут же сходят с ума. Самое страшное, что я тоже поддаюсь всеобщему безумию и перестаю себя контролировать. Вот кто, спрашивается, заставлял начинать беседу с Алисой о фотографии имбицила? Я ведь запросто мог сказать: «Ничего я не прячу» (что собственно и сделал), а потом просто уйти в другую комнату или игнорировать любительницу нетрадиционных отношений среди парней.

В компании Алисы и Феликса странным становлюсь не только я. Холоднокровная и зачастую безэмоциональная Кира поддается ненормальной атмосфере вместе со мной, но что более удивительно — андроид так же принимает во всём этом участие.

Раньше я считал слова Феликса о том, что Лаки похож на людей — лишь паранойей Громова, но если сравнить андроида при первой встречи и нынешнего, различия будут на лицо. И дело вовсе не в том, что наши изобретательницы покопошились в его внутренностях. Кира и Алиса изменили настройки так, чтобы андроид не нападал на нас, и добавили ради шутки ориентацию, но не более. Почему же тогда с каждым днем этот кусок железа всё более аналогичен человеку? Превосходно сделанная программа самообучения? Но зачем ей выходить за грани атак и самозащиты? Чтобы не вызывать подозрений и слиться с людьми? Но всем здесь присутствующим известно, что Лаки — андроид. Пацан говорил, что проанализирует этот факт на досуге. Пришёл ли он к каким-то выводам?

— О, огонь — дух тепла… — послышалось за моей спиной, а через секунду чужие руки обняли меня за талию.

Дрожь от неожиданности и неприязни к чужим прикосновениям тут же прошлась по всему моему телу. Этот имбицил что-то бормотал во сне и смел прикасаться ко мне!

— Иди в срань, — зло прошептал я и с силой отпихнул Феликса обратно к стене.

— Не шути с огнем, можно и обжечься, — вновь послышался голос имбицила, когда после моего пинка он уткнулся носом в стену.

Правильно мыслишь, Феликс. Лучше не трогай меня, иначе завтра проснешься с ножом в сердце.

Я закутался в своё одело и уставился вперёд на диван с лежащим андроидом, надеясь, что ничего странного и неприятного со мной больше за эту ночь не произойдёт и вскоре, наконец, удастся заснуть. Ага, размечтался, Саша. Когда мои веки уже почти закрылись, а сознание находилось где-то между сном и реальностью, чёртов кусок железа повернулся ко мне лицом, сверкая красным светом искусственных глаз, мои же в этот момент тут же расширились.

Я ошибся. Беру назад все свои слова о схожести пацана с людьми. Как выяснилось, андроид спал с отрытыми глазами, и можно было бы смириться, если бы это была единственная странность, но его зеньки ещё и дьявольским светом были наполнены. Это было слишком жутко. Подобным можно довести человека до невроза. И Феликс ещё что-то имел против моей улыбки.

Долго я так лежать не смог. Каждый мой нерв под таким взглядом просто звенел. Я поднялся с кровати, сложил одеяло и взяв его с собой вышел из комнаты. Не то чтобы я боялся андроида, но в такой атмосфере заснуть было точно не суждено.

Я долго думал, что делать. В гостиной был диван, но нём смог бы спать разве что только ребёнок. Про кресла и говорить не стоило. Оставалось только…

- Не поняла, - шокировано и в тоже время разъярённо произнесла Паскаль, словно коршун глядя на меня, приподнявшись с кровати.

- А я к вам, - словно всё так, как и должно быть, сказал я.

- Да мы видим, - ответила на мою речь Кира, смотря на меня как на последнего извращенца.

До чего я докатился? Припёрся среди ночи в кровать к девушкам. Нет, для парня это звучит нормально, возможно даже гордо, но фат в том, что эти девушки – Алиса и Кира. Коллеги, скажем так.

«Ай-яй-яй, роман на работе заводим», - прозвучал голос Феликса в моей голове.

Теперь я ещё и с ума схожу! Что ж, если уж дошло до паранойи в виде Громова, то я прощаю девушкам взгляд врачей психбольницы.

- Феликс разговаривает во сне, а Лаки и вовсе спит с открытыми глазами, горящими красным светом. Мне жутко находится рядом с этими существами, - объяснил я ситуацию.

- Ты пинаешься? – строго поинтересовалась Алиса, находившаяся ближе ко мне. Я отрицательно покачал головой. - Тогда оставайся.

Мрак заглушал и звуки, и свет, превращая квартиру в сонное царство, которое и должно быть ночью. В этой атмосфере я ещё несколько минут подумал о том, что мне в последнее время не везёт: квартира затоплена, отец временно живёт у бабушки, которая меня терпеть не может, сам я вынужден жить у Феликса, а сейчас и вовсе спать в кровати девушек.

Засыпая, я осознал за собой детское желание, что, не переставая, звенело у меня в голове: «Хочу к папе».
запись создана: 21.05.2017 в 21:20

@темы: Драма, Ангст, писанина, Яой, Юмор, Экшн, Фантастика, Стёб, Слэш, Ориджиналы, Нелюди, Мистика

URL
Комментарии
2017-07-31 в 16:55 

Это божественно! Прочла в захлеб до этой части)

URL
   

Слэш

главная